Уместен ли разговор о рок-музыке в номере, посвященном поиску смысла жизни? Нам показалось, что уместен.
Рок-музыка, как и всякая музыка, несет в себе духовное начало. Какое? Об этом много спорили, иногда даже до ожесточения.
Но вот недавно в Санкт-Петербурге прошел Рождественский фестиваль «Рок к небу», в котором участвовали как «нераскрученные» исполнители, так и рок-легенды, вроде «Алисы» и «ДДТ». Знаменательно, что одним из организаторов этого фестиваля был священник Артемий Скрипкин, а с проповедью к слушателям обратился диакон Андрей Кураев.
Значит ли это, что христиане изменили свою позицию и проблем больше нет?
Публикуемые нами материалы показывают, что, во-первых, и десять лет назад Церковь проявляла интерес к рок-музыке, а во-вторых, и сейчас возможно аргументированное неприятие той духовности, которая эта музыка с собой подчас несет.
Сегодня мы становимся свидетелями спора, часто объясняемого конфликтом поколений, но все же к последнему не сводимого. Может ли христианин относиться к року иначе, чем опустив забрало и сжав в руках щит и меч?
Наиболее ревностно протестует против рок-культуры в своей работе «Рок-н-ролл» католический священник Жан-Поль Режимбаль. Его выводы не оригинальны: рок воздействует на подсознание и искажает человеческую психику, повышает агрессивность, бросает слушателя в стихию необузданной сексуальности, разрушает табу, делает человека неспособным воспринять христианство.
Взгляд отца Жана повторяет ситуацию, возникавшую при появлении, пожалуй, каждого культурного направления: все непривычное казалось потрясающим основы мироздания, непонятным и опасным. Вспомним, например, как каждый новый вид церковного пения, ставший сегодня привычным и традиционным, осуждался столько-то столетий назад!
Всякий набор художественных средств, которые сами по себе нравственно нейтральны, можно использовать во благо и во зло, как и любые способности человека. Среди явлений рок-культуры, действительно, много дурного: есть там и проповедь секса без границ, и пропаганда агрессии, и многое другое, о чем пишет Режимбаль. Но те же самые человеческие пороки выражались и через классическую музыку, и через народные песни... А пробовал ли кто-нибудь прокрутить задом наперед записи католических песнопений?
В нынешней Православной Церкви есть диаметрально разные взгляды на рок-культуру. Мне лично кажется, что наряду с вещами, которые я понять и принять не могу, в творчестве «рокеров» есть те же прорывы в искренность, те же исповеди, те же поиски Бога, что есть в любое время в любой подлинной культуре. Ибо не может человек, живущий культурой всерьез, а не ради развлечения, не проявить в ней то, что дано от Господа: образ Божий, неистребимое стремление к Нему.
Два явления в нашем роке - не «попсовом», не рыночном, а том серьезном, умном, с распахнутой душой роке, на котором выросло целое поколение - мне хотелось бы отметить.
Первое - тоска по Эдему, по утраченной гармонии бытия, по «граду Божию», что присутствует во всяком подлинном искусстве. Сама по себе тоска может никуда и не привести, может даже стать причиной отчаяния. Но если она есть - значит, человек духовно не мертв, значит, он не может спокойно дремать у телевизора за созерцанием милой сердцу «мыльной оперы».
Второе - неприятие лжи, псевдогармонии построенного на неправде и компромиссе с совестью бюргерского мирка. Это неприятие порой вырывается в протест, шокирующий «мирных жителей». Но можем ли мы осудить его? Разве мы уверены, что устои житейского мирка, его шкурническая мудрость и его табу - во всем правы? Разве забыли мы, как противостал этому мирку Сам Господь Иисус Христос, гневно сокрушивший в храме столики торговцев и сказавший: «Не думайте, что я пришел принести мир на землю; не мир пришел я принести, но меч» (Мф. 10:34)?
Что же касается общей «несолидности» рока, якобы несовместимой с «серьезной» церковностью, то вспомним царя Давида, скакавшего «из всей силы» пред святыней, радуясь о Господе подобно ребенку. На возмущение собственной жены, озабоченной «уроном» царского достоинства, Давид ответил: «Пред Господом играть и плясать буду» (1 Цар. 6:21). И если люди выражают чувства свои, в том числе чувство любви к Богу и радости о Нем, в песнях слишком громких, слишком непривычных, слишком ликующих - не мешайте им, не осуждайте их!
Конечно, рок немыслим в храме. Но во все века христианская культура делилась на храмовую, богослужебную и ту, что соединяла верующих за церковными стенами. Всегда были и народные христианские песни, и различные игровые действа (одним из авторов последних был великий русский святой XVII-XVIII веков святитель Димитрий Ростовский). Кто знает, может быть, сегодня внехрамовая христианская культура сможет вместить в себе и рок? (Впрочем, замечу в скобках, что некоторые рок-группы, нарочито употребляющие христианскую символику и церковную лексику, сильно грешат фальшью.)
Как бы там ни было, диалог Православной Церкви и рок-культуры начался. Недавно рок-исполнители выступили в Волгограде, на набережной, где перед этим совершалось богослужение, в рамках организованных епархией Сергиевских торжеств. Преподобному Сергию Радонежскому был посвящен и фестиваль «Пробуждение», прошедший в Москве в середине октября по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II. На сцену этого фестиваля вышли и церковные хоры, и рок-группы.
Хочется надеяться, что подобные контакты будут продолжены, что интерес к Церкви со стороны «рок-тусовки» будет не данью праздной моде, а подлинной духовной жаждой, способной через помощь Господа обновить и преобразить человеческое сердце.
Аннотация к альбому «Антология христианского рока»,
изданному при участии Всецерковного Православного
Молодежного Движения, Messia, 1994 г.
