|
Автор | 19.4.07 22:28 (Хитов 2400)
 Почему, когда речь заходит о болевых точках общества, так часто выплывает вопрос о молодежи?
И вообще, откуда возникла эта категория - "молодежь"? Ведь еще в XIX веке во главе правительств, армий, среди писателей и общественных деятелей сплошь и рядом мы находим людей, которых сегодня отнесли бы к категории "молодежи". По-видимому, произошло какое-то возрастное социально-психологическое смещение, которое, кстати говоря, заметно почти во всем мире.
В перспективе истории этот факт объясним и оправдан. И не только истории, но и - эволюции. Известно, что чем выше развито существо, тем длительней у него период "воспитания", заботы о подрастающем поколении. В человеческой культуре этот период растягивается еще и потому, что постоянно растет объем информации, освоить которую необходимо для профессиональной деятельности.
Если полтораста лет назад можно было считаться образованным человеком, учась "понемногу, чему-нибудь и как-нибудь", то в наши дни годы учения занимают 10 - 15 лет, т. е. почти четверть средней сознательной и активной жизни. В этом заключается одна из причин возникновения такой категории, как "молодежь".
Сегодня мы все с тревогой отмечаем кризисные и болезненные явления в молодежной среде. Частично помогла тому гласность, открывшая многим глаза. Но я уверен, что социологи, владеющие не фиктивными данными, а достоверным материалом, уже давно вынуждены признать, что преступность, апатия, цинизм, погоня за острыми ощущениями нагнетаются в угрожающем темпе.
Как бы ни оценивали нашумевший фильм "Легко ли быть молодым?", надо признать, что он правдиво отразил симптомы "молодежного неблагополучия", хотя и не претендовал осветить все его аспекты.
Нередко можно слышать голоса, упрекающие во всем перестройку и демократизацию. Более того, враги обновления черпают в уголовной хронике главные заряды для своей "тяжелой артиллерии".
Но подобная постановка вопроса смахивает на страусову политику. Ведь скальпель гласности неизбежно должен был вскрыть многие нарывы, которые до сих пор лишь стыдливо припудривали. А ведь любой хирург знает, что процесс вскрытия нарыва дает отнюдь не приятную картину, так же как и весна, которая подчас освобождает из-под снега грязь, трупы - словом, все, что было скрыто под белой пеленой.
Важнейшая цель этой социальной операции в нашем обществе уже не раз была сформулирована. Ее можно выразить вопросом: "Как мы дошли до жизни такой?" Вот откуда сегодня пристальное внимание к сталинщине, к тому, что ее породило и что сама она произвела на свет. Это отнюдь не политический мазохизм, желание "копаться в нашем темном прошлом" и не желание "свалить все на Сталина". Без такого, пусть мучительною, анализа мы никогда не найдем ответов на актуальные вопросы. Где-где, а именно тут с наибольшей очевидностью работает правило: нельзя понять сегодняшнего дня без понимания дней минувших.
Спору нет, еще XX съезд и смелый шаг Н. Хрущева вызвали среди молодежи определенное смущение и растерянность. Крушение кумира повлекло за собой кризис той "идейности", искренней, а подчас лицемерной, на которую опиралась Административная Система. Но виноват в этом был не Хрущев, а те, кто годами насаждали культ кумира, воспитывали людей верноподданными слугами "Дракона", называя это "советским патриотизмом". Те, кто осуществил на практике мрачные антиутопии Замятина и Оруэлла, кто, по крылатому выражению наших дней, был "рожден, чтоб Кафку сделать былью".
Шарль Бодлер писал когда-то о "цветах зла". Теперь мы видим уже цветочки, а ягодки - неизбежные "плоды зла". Плоды тех ядовитых сорняков, которые были посеяны несколько десятилетий назад. Они не могли вызреть в один день. Но в конце концов этот день пришел. Однако пришел не только он. Одновременно зазвучал призыв к покаянию, призыв к переоценке и пересмотру всего...
Хочется верить, что консилиум собрался к больному вовремя, что врачи не опоздали. Важно, чтобы они не откладывая искали причины недугов, чтобы нашли действенные способы лечения.
В этой связи я хочу наметить лишь три темы для общего обсуждения.
1. Я уверен, что рост преступности проистекает не от слабости правоохранительных органов, хотя и к ним предъявляют немало обоснованных претензий. Даже если увеличить вдвое состав работников Министерства внутренних дел, даже если усовершенствовать методы следствия, судопроизводства, ужесточить законы, коренная причина преступности не будет устранена. Не уничтожит ее и повышение жизненного уровня (все знают, что часто правонарушители - дети обеспеченных семей). Для человека недостаточно "чтить уголовный кодекс" . Если в нем самом не будет жить и развиваться дух человечности, он рано или поздно станет "потребителем", циником, обывателем, мизантропом, сделает своим символом веры шкурнические интересы. А от этого до преступления - один шаг. Если нравственные основы жизни - иллюзия, условность, то страх перед наказанием едва ли сможет стать надежной плотиной от воли человеческого зла. Вот почему для отца Брауна, героя детективных рассказов Г. К. Честертона, было важно не просто разоблачить преступника, поймать его, сколько - пробудить в нем совесть. Отец Браун хорошо помнил слова Христа о радости на небесах из-за каждого обратившегося грешника.
Мы, христиане, убеждены, что борьба добра и зла происходит во внутреннем мире людей и лишь потом проецируется в общественные деяния. Мы убеждены, что нравственность не условная концепция, изобретенная той или иной эпохой, а объективный закон, данный человеку свыше, как отражение воли Творца. Дар этот дан нам не в готовом виде, а требует развития и углубления, требует " культивирования".
Этой цели и служат религиозные традиции. Мне возразят, что подобный подход уместен лишь для верующих.
Согласен. Но ведь верующие составляют значительный процент нашего общества. Не следует забывать об этом существенном факте.
Между тем, верующие уже несколько поколений не просто третировались и подвергались давлению, но и внутри своих общин были лишены возможности развивать свою духовную и нравственную культуру. Почему?
Для такого развития необходимы были определенные условия: свобода внутриобщинной жизни, свободное распространение информации, просвещение, катехизация, создание культурных общественных религиозных движений, так или иначе возглавляемых церковным руководством (в христианстве и вне его). Остается печальным парадоксом, что большинство рядовых членов общин утратило представления о многих религиозно-нравственных принципах своей религии.
Такое положение дел насаждалось и поддерживалось едва ли не сознательно, а просвещенные и активные верующие рассматривались как подрывной элемент. Их толкали на путь диссидентства, клеймили как отщепенцев. О каком же позитивном влиянии на общество можно было говорить в такой обстановке?
Если же говорить о людях нерелигиозных и атеистах, то, мне кажется, для них пришла пора более объективно оценить этические основы религий. Не отбрасывать их как "предрассудок" и "пережиток". Более того, евангельское учение об абсолютной ценности личности и долге милосердия должно сегодня привлекать новое, благожелательное внимание со стороны тех, кто озабочен нравственным состоянием общества.
2. Сталинизм вырастил поколение конформистов, панически боящихся иметь собственное мнение. Он играл на полубиологическом инстинкте "подчинения вождю", на психологии холопа, жаждущего Хозяина, твердой руки.
Эта психология далеко не изжита и подчас приобретает агрессивные черты. Ей мы обязаны портретами Сталина, которые то тут, то там появляются на ветровом стекле...
Процесс "выдавливания в себе раба" происходит медленно. Он длится уже треть столетия.
К сожалению, ему слишком мало помогают. Скорее наоборот.
Мы давно уже привыкли к книгам и фильмам, где одиночки, своего рода донкихоты, часто из числа молодежи, ведут тщетную и неравную борьбу со склеротичным и косным аппаратом. Их судьба вдохновляет немногих.
Читатели и зрители находят здесь подтверждение тому, что они часто видят в жизни. Создается психология типа "моя хата с краю", "зачем мне это нужно?".
Молодежь глубоко разочарована в эффективности честной гражданской позиции, в целесообразности борьбы за справедливость. Отсюда - ее равнодушие к общественным вопросам, довольно распространенная тенденция укрыться от них.
Снижение подлинной гражданской активности (я, конечно, имею в виду не цепкий карьеризм) - вторая причина преступности.
Социальная энергия юноши или девушки, не имея здорового применения, нередко направляется по каналам, ведущим к правонарушениям.
Создаются замкнутые паразитические "псевдообщества" со своими законами, которые больше влияют на сознание причастных к ним людей, чем общечеловеческие и гражданские принципы. Мелкая мафиозность, зарождающаяся иногда уже в школе, нередко подменяет радикализм, свойственный молодежи.
Наши хиппи и им подобные группировки обязаны своим возникновением не пресыщенностью благами цивилизации, а недоверием к общественной жизни.
Следовательно, начинать надо не с молодежи, а со старшего поколения. Именно оно должно возродить в себе чувство гражданской ответственности и только тогда будет вправе спрашивать с молодых...
3. Мне кажется, все уже устали от заклинаний такого рода, как "мы самая грамотная страна в мире", "самая читающая" и т. д. В этом, конечно, есть доля правды. Литература, например, играет у нас роль, по-видимому, большую, чем на Западе, где иные семьи вообще обходятся без книг и довольствуются газетно-журнальным чтивом. Но почивать на лаврах опасно. В процессе все чаще появляются жалобы на плачевное состояние библиотек, музеев, памятников. Короче, забота о культуре рассматривается большинством чиновников как некая роскошь.
Однако это, с позволения сказать, упущение болезненно бьет по всему обществу.
Пробелы в культурном воспитании тесно связаны с вопросом о свободном времени.
Как осуществляется досуг молодежи?
Можно ли считать нормой эти сиротливые сборища в подъездах - порой невинные, а порой уже вовлеченные в круг преступлений?
Даже в Москве, одной из крупнейших мировых столиц, пойти в свободный вечер или в выходной практически некуда. В кафе - очереди, музеи закрываются рано, и их поразительно мало. Молодежные организации с проблемой досуга явно не справляются. Дискотеки, спортгруппы, кино, театры (если хорошие, то малодоступны)... По пальцам можно перечислить варианты, которыми располагает молодежь. Неужели это не стоит внимания ? Неужели не хватает фантазии? Ведь любой очаг здорового времяпрепровождения может спасти многих от соблазна пойти по кривой дорожке...
Сейчас, кажется, все это начинают принимать всерьез.
Появляются дискуссионные клубы, неформальные объединения, группы по защите и реставрации памятников.
Однако и здесь не все так просто. Пользы будет мало, если движения не станут направлять опытные и квалифицированные люди, талантливые, любящие молодежь, сознающие важность дела. И они крайне нуждаются в поддержке. Да что в поддержке! Как минимум им хотя бы не следовало мешать.
Давным-давно, еще двадцать восемь веков назад, великий библейский пророк Амос заговорил о духовном голоде, который некогда будет терзать мир. Если голод физический разрушает тело людей, то голод духовный - их душу. Он создает вакуум в том нематериальном ядре человека, которое отличает его от животного. А, как говорится, "природа не терпит пустотьр>. И вот в эту опустошенную душу вторгаются полчища врагов: наркомания, алкоголизм, всевозможные формы "балдения" среди молодежи. Таков горький результат бездуховности.
И опять-таки религиозные общины нашей страны могли бы внести определенный вклад в возрождение духовных ценностей.
Пусть у нас нет пока опыта. Мы не будем стыдиться заимствовать опыт из нашего прошлого и у наших зарубежных собратьев по вере. Неформальные движения религиозной молодежи - дело будущего. Но это вешь вполне реальная и конституционная. Если, повторяю, она будет не анархической, а связанной с руководством, с фундаментальными принципами церквей и религий, она не повредит обществу в целом, а только будет способствовать его оздоровлению.
Когда я писал эти заметки и поделился их идеями с одним нерелигиозным человеком, он сказал: "Вы касаетесь тем, которые у нас принято называть "негативными". А не задумывались ли вы: почему Бог, если он благо, не остановил всех ужасов нашего столетия ?"
В ответ я напомнил ему знаменательный диалог в романе Герберта Уэллса "Джоан и Питер". Уэллс не был христианином, но подчас высказывал мысли, близкие христианству.
Герой романа спрашивает Бога о том же: почему в мире так много зла?
- А что? Вам, людям, это не нравится? - спросил Бог.
- Конечно, нет.
- Тогда измените все это, - был ответ.
И в самом деле, человечеству даны идеалы жизни, которые вдохновляли Паскаля и Достоевского Андрея Рублева и Сергия Радонежского, доктора Гааза и мать Марию. При этом людям было сказано, что отход от идеалов ввергнет мир в хаос.
Стоит ли нам пассивно ждать нового всемирного Потопа, или мы все же придем в себя и вернемся на путь разума, творчества, любви?..
http://www.cyouth.info
|
|
